О судьбах конских пород в мире - предположения и реальность

 

Калашников В.В. - академик РАСХН, профессор,
директор ВНИИ коневодства

Рождественская Г.А. - профессор, доктор с.-х. наук

Милько О.С. - доктор с.-х. наук

Киборт М.И. - кандидат с.-х. наук

Рябова Т.Н. - кандидат с.-х. наук

Калинкина Г.В. - кандидат с.-х. наук

Дорофеева Н.В. - кандидат с.-х. наук

 

На страницах СМИ, посвященных коневодству, появились статьи, призывающие «разобраться» с отечественным племенным коневодством, в которых утверждается, что ряд отечественных пород - ненужная роскошь, остальные, в первую очередь верховые, можно слить в единую и т.д.

В этой связи необходим беспристрастный анализ того, что происходило в племенном коневодстве мира в XX веке.

В середине XX века научно-техническая революция в сельском хозяйстве и промышленности изменила судьбу конских пород в цивилизованных странах.

Еще раньше армии всех цивилизованных  стран отказались от кавалерии.

Таким образом, лошадь была исключена из большинства сфер хозяйственной деятельности  человека, что привело к резкому сокращению поголовья лошадей в середине XX века в странах Европы и Северной Америки. Достаточно большое поголовье лошадей сохранилось только в слаборазвитых странах - Китае, Монголии и в странах с большим поголовьем мясного скота при пастбищном содержании (Аргентина, Австралия, некоторые штаты США).  Тем не менее, в большинстве индустриально-развитых стран, благодаря уважению к своей истории и традициям, были сохранены местные породы. Так в 1960-е г.г. в Великобритании сохранялось десять пород местных пони, шесть упряжных пород при массовом распространении в стране чистокровной верховой и арабской пород. Десять пород различного направления, в основном спортивного разводили в ФРГ, во Франции, помимо французского рысака, чистокровной верховой и арабской пород, разводили еще семь пород, в том числе четыре упряжных. Сохраняли, несмотря на неблагоприятную рыночную конъюнктуру местные породы лошадей и в остальных европейских странах.

 Уже  в  70-е годы прошлого столетия начался ренессанс  коневодства, связанный с его новой ролью в жизни человечества.

Лошадь в сельском хозяйстве стала выполнять весьма ограниченный круг работ,  в специфических условиях ведения этой отрасли (горные угодья, овощеводство и т. д.). В связи с этим резко сократилось поголовье тяжелоупряжных пород, а породы универсального использования довольно быстро «переделали» в спортивные.

В этот же период (1970-е-1980-е гг.) в связи с ростом благосостояния населения экономически развитых стран Европы и Америки, наряду с развитием ипподромного (скачки, бега) и классических видов конного спорта появляются многочисленные виды конного спорта, связанные с отдыхом людей - конный туризм, пробеги, национальные праздники с участием лошадей и т.п. Появляются и новые виды конного спорта, такие как драйвинг (упряжной спорт), пробеги. В этот же период возникает, и все шире распространяется любительское коневодство, связанное как с перечисленными выше новыми видами использования лошади, так и с тем, что зачастую лошадь становится просто домашним животным, другом в прогулках и предметом любви и гордости.

Особое место в этих новых видах использования лошади занимает общение детей с лошадью - детский конный спорт.

Недаром к началу 1980-х годов первое место в мире среди конских пород по численности заняли шетлендские пони.

С уходом лошади из армии, транспорта, промышленности и сельского хозяйства, многие специалисты, особенно в нашей стране предрекали, что сферой использования лошади останется ипподром (бега, скачки) и классический спорт, породы универсального использования исчезнут совсем. Тяжеловозы «пойдут на мясо», т.е. в небольших количествах будут использоваться для создания и улучшения тех пород, которые разводятся для получения мяса в тех регионах, где население употребляет в пищу конину.

Однако эти предвидения были полностью опровергнуты всем ходом развития человеческого общества. Местные породы, которые, как казалось, еще в первой половине XX века, в связи с полной неконкурентноспособностью, должны были исчезнуть, не только не исчезли, но получили новый стимул сохранения и распространения.

Такие сугубо локальные породы как фьордский пони, хафлингер, ряд местных английских пони, были востребованы и распространились  в ряде европейских стран.

Интересна и поучительна судьба местных пород лошадей в странах Скандинавии - Норвегии, Швеции, Финляндии. В этих странах в сельском и лесном хозяйстве с давних времен использовались местные упряжные (холоднокровные по немецкой терминологии) лошади: норвежская, северошведская и финская. С резким уменьшением потребности в лошадях, эти породы были использованы как призовые в очень любимых в этих странах  бегах. При этом местные лошади были защищены законом.

Так, например, в Финляндии любой ипподром, проводивший испытания рысаков был обязан выделить определенный минимум призовых сумм для рысаков местной породы. В 2002 году на ипподромах в Финляндии для теплокровных (американских рысаков) было разыграно призов на сумму 10,6 млн. евро, для местных холоднокровных - на 5,6 млн. евро. Численность маток обеих пород соответственно 2,3 тыс. и 2 тыс.

В Норвегии численность местных маток -1,6 тыс., американских -1,3 тыс., призов для местных рысаков разыграно на 10,2 млн. евро, для американских - на 12,7 млн. евро.

В Швеции число северо-шведских маток относительно американских минимально - 862 головы и 6,2 тыс., т.е. северо-шведские кобылы составляют примерно 1/8 от числа «теплокровных» американских, суммы разыгрываемые для северо-шведских рысаков составляют 5,9 млн. евро, для американских - 63,8.

Существование большого числа разнообразных конских пород в Европе и США обеспечивается различными путями. В условиях богатых стран с рыночной экономикой и хорошо развитым гражданским обществом, обеспечивающим свободную самодеятельность граждан, наиболее распространенным видом организации, занятой сохранением и распространением местных пород, являются общества, союзы, ассоциации, возникающие как вследствие востребованности данной породы со стороны конского рынка, так и на основе здорового местного патриотизма и уважения традиций. Эти организации сами обеспечивают экономически разведение той или иной породы.

Надо учитывать, что разведение лошадей, как в далеком прошлом, так и в наше время,  редко  бывает дешевым и рентабельным предприятием.

Поэтому, очевидно, в случае сохранения и разведения уникальных пород, которые являются объектами национальной и мировой культуры и истории, в этот процесс вмешивается государство, при помощи законов и прямых дотаций. Так сохраняют в Чехии кладрубскую породу, в Испании - племядро андалузской (pura raza espanola), в Финляндии - местную финскую. Патронаж голландской королевской семьи в значительной степени привлек внимание общественности к сохранению старинной фризской породы.

Большое количество пород лошадей сходного направления - верховые (помимо чистокровной верховой и арабской), рысистые, легкоупряжные, тяжелоупряжные, пони различных классов, приводит к вопросам о возможной интеграции их, объединению в одну породу по направлению использования.

Однако по пути интеграции пошли только французские коневоды, объединив все разводимые в стране верховые полукровные породы в одну, независимо от происхождения (Sell fransaise).

В то же время их коллеги из французской рысистой ассоциации принимают все меры для того, чтобы не допустить слияния французского рысака с американским.

Таким образом, для современного коневодства  цивилизованного мира характерно не только широкое распространение таких призовых пород как чистокровная верховая, стандартбредная, любимца богатой публики чистокровного араба, наиболее ценимых в классических  видах конного спорта немецких полукровных пород, но и повышенное внимание к породам локальным, исторически сложившимся в разных странах или созданных в XX веке для удовлетворения тех или иных потребностей общества, в основном для отдыха.

Количество таких пород, разводимых в разных странах, не только сократилось, но и увеличилось. Многие из них из сугубо локальных, обреченных, казалось, на исчезновение, превратились в достаточно широко распространенные.

Огромная по территории Россия даже в прошлом, когда армия, транспорт, сельское хозяйство и в значительной степени промышленность не могли существовать без лошадей, не располагала большим количеством конских пород.

Связано это было, в первую очередь, с суровым климатом, с невозможностью вести сельское хозяйство во многих регионах страны, а главное с очень низкой земледельческой и животноводческой культурой. Сложившиеся в ряде регионов типы местной лошади не могли считаться породами, т.к. складывались в основном под влиянием естественного отбора, без целенаправленного искусственного, без племенного учета, испытаний и т.п. Главным признаком, обеспечивающим существование таких популяций была приспособленность к местным условиям.

В 1930-х-40-х годах специалистами института коневодства при проведении обследования конских ресурсов Советского Союза было четко сделано разграничение понятия порода и местная лошадь. Было установлено наличие в стране представителей десяти культурных заводских пород, предки шести из которых были выведены из Западной Европы (арабская, чистокровная верховая, ардены, брабансоны, клайдесдали, першероны) и три отечественные, известные во всем мире - донская, орловская, ахалтекинская, десять примитивных пород - локайская, карачаевская, алтайская, казахская, киргизская, адаевская, бурят-монгольская, приобская, вятская, полесская.

Четыре породы советскими специалистами в 1930-х годах были признаны переходными - среднеазиатская иодмудская, карабаирская, кабардинская и воронежская рабоче-упряжная (битюг).

В 1930-50-е годы в связи с большой потребностью в лошадях для сельского хозяйства и армии шел интенсивный процесс расширенного воспроизводства наиболее ценных заводских пород, улучшение ими местного конского поголовья. В результате этого процесса к 1950-м годам был создан ряд отечественных пород: тяжелоупряжные русский тяжеловоз (на основе ардена),   советский тяжеловоз (от поглотительного скрещивания с брабансонами), владимирский тяжеловоз (от скрещивания с клайдесдалями и шайрами); русский рысак (американо-орловская помесь), буденновская верховая (от скрещивания донских и черноморских кобыл с чистокровными жеребцами), терская порода была создана на основе старых существовавших в России стрелецких лошадей. Из числа так называемых «переходных» пород заводскими, благодаря усилившейся роли искусственного отбора и скрещивания стали кабардинская и карабаирская.

В связи с присоединением к СССР в 1939-40 гг. стран Балтии-Эстонии, Латвии и Литвы, в число заводских пород, разводимых в СССР вошли торийская, латвийская и литовская тяжелоупряжные породы.

В эти же годы среди примитивных пород на основе скрещивания их с заводскими была начата работа по созданию новых пород, которая закончилась во второй половине XX века созданием таджикской (на основе локайской), новоалтайской (из алтайской), новокиргизской (из киргизской), белорусской упряжной (на основе помесей). Ряд новых пород был создан на основе местной казахской лошади - в том числе кустанайская, кушумская. При новой «ревизии» конского поголовья СССР, результаты которой были опубликованы в 1952 г. в I томе «Книги о лошади», значительно увеличилось как число заводских пород, так и  заново обследованных местных примитивных пород, особенно сибирского региона.

Заводских пород в этот период насчитывали 19, примитивных местных -15, переходных - 4.

К 1970-м годам, после модернизации и механизации сельского хозяйства в нашей стране и связанного с этим резкого сокращения пользовательных и, соответственно,  племенных лошадей, в стране сохранилось  те же 19 заводских пород.

В период 50-70-х гг., как и в более ранние годы, для получения более крупной с/х лошади проводилось интенсивное улучшение местных пород культурными, заводскими. В результате многие из местных пород утратили свою самобытность, породные особенности, специфический генофонд и, либо исчезли совсем, либо оказались в положении исчезающих. Такими оказались вятская, мезенская, эстонский клеппер, печорская, приобская, гуцульская, забайкальская. Практически исчезли тавдинская, нарымская, минусинская, а из так называемых «переходных», которые считались в перспективе заводскими исчезли воронежская упряжная, кузнецкая и чумышская.

В конце 1980-х годов по инициативе и методике ФАО было обследовано состояние пород с/х животных во всех  странах мира, в т. ч. в СССР. Методика описания пород требовала конкретных данных о численности, селекционируемых признаках, плодовитости, ведении племенного учета, генеалогической структуре. Таким требованиям соответствовали 22 породы, в том числе три условно - локайская, кушумская и кабардинская. Из этих 22-х пород 12 были верховыми и верхово-упряжными (ахалтекинская, арабская, терская, чистокровная, тракененская, украинская верховая, буденновская, донская, кабардинская), две легкоупряжные - орловская и русская рысистые, семь тяжелоупряжных (латвийская, торийская, белорусская упряжная, русская, советская и владимирская тяжеловозные,  литовский тяжеловоз) и одна - официально продуктивная, т.е. разводимая для получения конского мяса - кушумская.

В этот период в Прибалтике с развитием конного спорта кобыл латвийской и торийской породы стали покрывать тракененскими и ганноверскими жеребцами с целью получения спортивной лошади. Несмотря на востребованность торийской породы во многих республиках Советского Союза, она первая испытала кризис сбыта в Эстонии в условиях более развитого сельского хозяйства. Уже приведенный перечень конских пород в СССР накануне перестройки говорит о направленности разведения лошадей и его специфике.

С 1989 года и по настоящее время племенное коневодство развивалось свободно, без какого-либо давления и поощрения со стороны государства, по законам развивающегося рынка.

В результате комплекса объективных факторов, действовавших последние 15 лет сложилась следующая ситуация в племенном коневодстве России.

На первом месте по числу зарегистрированных племенных кобыл и производителей - русская рысистая порода - 2050 маток и 85 жеребцов-производителей. В это число входят и чистопородные стандартбредные рысаки, которых регистрируют в тех же госплемкнигах, что и русских. На втором месте - чистокровная верховая - 1185 маток и 108 производителей. На третьем - тракененская с 940 матками и 140 жеребцами. На четвертом - буденновская - соответственно 910 маток и 114 жеребцов. На пятом - орловская рысистая  - 798 маток и 91 производитель.  На шестом - русская тяжеловозная - 672 кобылы и 174 жеребца, на седьмом - донская с 615 кобылами и 43 производителями. Эти семь пород представлены более чем 500 матками. Еще три заводские породы - ахалтекинская, арабская и ганноверская имеют численность от 473 до 200 маток. При этом следует иметь в виду, что их поголовье в России - только часть международного генофонда, так же как и першеронов (164 матки, 48 жеребцов) и шетлендских пони (77 и 16). Созданные в XX веке в России терская верховая порода и породы тяжеловозов -  советский и владимирский насчитывают соответственно 132, 139 и 113 зарегистрированных кобыл и 25, 20 и 20 производителей.

Более значительное поголовье кобыл и жеребцов насчитывают местные продуктивные породы: башкирская (около 3000 голов маток) и разводимые в экстремальных таежных условиях новоалтайская (1790 маток, 138 производителей) и якутская (несколько тысяч маток, регулярный племучет отсутствует).

Таким образом, Россия располагает семнадцатью породами, разводимыми при наличии племенного учета, т.е. фактически существующих.

Это объективно сложившийся минимум, который следует поддерживать и сохранять всеми возможными средствами.